July 12th, 2010

искусство и власть: что происходит

Морозов ставит вопрос:
http://amoro1959.livejournal.com/950536.html

"С одной стороны, "свобода творческого поиска" и то-се.
А с другой - левый радикал Осмоловский, давний коллега Тер-Оганяна, оказывается, участвует в делах кремлевского молодежного лагеря Селигер.
Да вот и Елена Селина:
http://dmitrivrubel.livejournal.com/1826704.html

А еще интереснее ситуация замечательного галериста и социального философа М.Гельмана. С одной стороны, он реализует масштабный проект "Культурная инициатива" совместно с АП и "Единой Россией".
С другой стороны, сейчас чекисты посадят "двух дураков" - с которыми он связан многие годы и о которых он знает, что сажать их решительно не за что..."


з.ы.  ну за себя я то отвечу, но в целом действительно какой-то удивительный момент. Как будто на одной сценической площадке, с одними и теми же актерами, разные режиссеры ставят разные пьесы. Периодически актеры произносят реплики из одного спектакля в другом. Режиссеры конкурируют между собой за внимание зрителя любыми способами, в том числе и... несценическими. Осветитель сцены становится ключевым персонажем, который сам решает какую мизансцену из какого действа освещать ярче. В этой ситуации ИМХО  актер получает максимальную свободу. Он может разоблачиться и вместо роли рассказать историю своей жизни, что он думает о режиссере и пьесах, которые играет. То есть наступает время для "личной позиции" не обусловленной социальными ролями. Ты кто? Я деятель. Для меня реализация того, что я считаю верным и нужным, важнее сохранения шанса попасть в рай или обрести народную любовь. Ты кто? я авантюрист. Вижу все риски, но не отказываюсь от игры, а пытаюсь менять ее правила. Ты кто? я животное, следующее инстинктам, наркоман в поисках сильного наркотика, сумасшедший решивший, что может изменить судьбу мира.

з.ы. разучился писать. Но если кому из журналистов интересно, готов внятно, без метафор, наговорить свое видение темы "искусство и власть."
 


Кабаков отменяет свою выставку в Эрмитаже

РИА НОВОСТИ http://www.rian.ru/culture/20100712/253781008.html

Даже те арт-деятели, которые не одобряют творческих методов Андрея Ерофеева и Юрия Самодурова, считают, что обвинительный приговор может поставить крест на дальнейшем развитии российского актуального искусства, в том числе в части организации международных выставок.

Во всяком случае, директор музея современного искусства PERMM Марат Гельман уверен, что в этом случае зарубежные художники начнут опасаться предоставлять свои работы для экспонирования в России.

"Если Ерофеев будет осужден, то произойдут серьезные изменения - например, на Московскую биеннале современного искусства не приедет ни один художников, Россия будет отторгнута мировой художественной общественностью", - сказал он и пообещал повторить эту выставку в своей галерее, если ее организаторы не будут оправданы.

Всемирно известные художники Илья и Эмилия Кабаковы, давно живущие за рубежом, сравнивают нынешнюю ситуацию с гонениями на искусство в советское время - например, с "бульдозерной выставкой" и делают весьма мрачные прогнозы.

"Как всегда, никто в силу глупости не просчитывает последствия этого процесса - это определенное неумение видеть исторические прецеденты. Все сегодня взаимосвязано, и эта мелкая гадость валит, полностью разрушает огромную программу международных перспектив развития", - сказал Илья Кабаков.

По его словам, в советское время творцы жили "в атмосфере ужасающей цензуры и в ожидании топора, который все время мог опуститься".

"Но вот кончилась советская власть, страна идет по другим, демократическим, рельсам - и опять то же самое. Тронуть культуру - это тронуть живой, цивилизационный аспект жизни этой страны", - считает Кабаков.

Художники планировали сделать выставку в Эрмитаже в рамках своего ретроспективного мирового турне, однако сейчас эти намерения оказались под вопросом.


коллизия: вопрос финансистам

выставка следующего года требует  масштабной инвестиции в этом году. Деньги будут естественно в бюджете следующего.  Подрядчик ждать пол года пока с ним расплатятся - не хочет. Официальный кредит проблематичен, так как бюджетное задание только в октябре в заксобрании.
Я конечно могу проинвестировать сам. Из своего кармана, но тогда в следующем году директор Гельман будет платить деньги физическому лицу Гельману. Некрасиво.
И че делать?

облегчение

конечно приговор в своей текстовой части абсурдный. Но теперь, когда домоклов меч срока не висит можно спокойно обсудить проблему. Можно спокойно готовить аппеляцию. Говорить что ты думаешь не боясь навредить подсудимым. И о том, кто стоит за процессом, и о том, насколько своевременно и в правильном месте эта выставка была устроена.

Да, мое мнение, когда Андрей ее только задумывал, было - не то место, так как такие жесты надо делать в четко маркированном художественном пространстве. И  не то время.  Начался какой-то диалог. Нас стали слышать, понимать роль искусства. Уверен через год эта выставка прошла бы без судебного дела. Именно как историческая.

Но когда невежественный сопляк-прокурор легко так требует трех лет колонии - засовываешь свое мнение в ж... становишся рядом с подсудимыми и говоришь, "я такой же" "я полностью солидарен".

 


материал на часкоре


http://www.chaskor.ru/article/iskusstvu_vazhno_byt_bezotvetstvennym_18501

 

Их, этих задач, много, но одна из важнейших (хотя и не единственная, так как есть художники, занимающиеся формальными поисками, а есть мастера, занимающиеся исследовательскими задачами) — быть критиком общества.

А для того чтобы быть критиком общества, нужно находиться вне общества, потому что по законам семиотики мы знаем: нельзя описывать систему, находясь внутри неё.

Важно дистанцироваться от общества и быть безответственным по отношению к нему. Да-да, если политик, даже и оппозиционный, — фигура ответственная, поскольку он находится в пространстве поступка, то фигура художника безответственна.

Художник имеет право критично относиться к обществу, используя такие древние способы самовыражения, как, например, гипербола, доводя какие-то черты и изъяны общественной или политической жизни до полного абсурда.

Или, например, он может мимикрировать. Одна из наиболее возмутительных, с точки зрения чувств верующих, картина с выставки «Запретное искусство-2006» — иконный оклад с чёрной икрой внутри Александра Косолапова.

 


 

Что же на самом деле имел в виду Александр Косолапов, давным-давно живущий в Америке? Он, русский человек, наблюдает за тем, какими и с чем американцы возвращаются из России — с чемоданами икон и рюкзаками икры.



Он, таким образом, критикует американское общество потребления, упрощающее образ России, сводящее её к иконам и к икре точно так же, как раньше к спутнику и балалайке.

От лица американцев он как бы говорит нам о том, какой американским обывателям открывается наша страна: теперь в ней самое главное не серп и молот, но икра и лики.

Художник имеет право высказывать отношение к существующей реальности, мимикрируя в своих реакциях под тупого обывателя. А общество должно осознать, что на художнике отныне лежит функция критика; обществу необходимо понять, как этим пользоваться, как с этим работать.

Когда общество учится пользоваться современным искусством, оно не только получает дополнительный инструмент для описания реальности за окном, но и примиряется с актуальными художественными практиками.

И для этого не нужно никаких законодательных актов. Художник, как и человек любой другой профессии, подзаконен. Все мы уголовно наказуемы, но не все умеют различать пространство поступка и пространство жеста.

В фильме «Чапаев» показывают, как зрители реагируют на «Прибытие поезда» братьев Люмьер. Испугавшись движущегося на них состава, они в панике выбегают из зрительного зала.

Ровно то же самое происходит у нас каждый день в области изобразительного искусства. Художник изображает некое явление, а люди воспринимают его как само явление и оттого разбегаются.

Надо уметь увидеть невидимую границу между жизнью и искусством, следует научиться её прочерчивать. А для этого не объявление надо возле зрительного зала писать («Спокойно, это только изображение!»), но научиться воспринимать артефакты правильно.

В кинотеатре ты не чувствуешь угрозы со стороны движущихся изображений, понимая, что того требует сюжет. Также надо относиться и к изобразительному искусству, отчётливо осознавая момент, в который художник попадает в пространство жеста, выпадая из логики обыденной жизни.

з.ы. там еще много