В условном центре выставки находится инсталляция «Абак» Сергея Шутова: два десятка фигур в черных балахонах кланяются вразнобой под звуки молитвы, зачитываемой на нескольких языках. Человек безымянен и безличен в присутствии собственной веры, он отказывается от индивидуальных черт и обращается в псифос — камень на счетной доске абака, где значима лишь сумма, а не каждый из камней по отдельности.
Поблизости расположены колоритные портреты Сергея Целкова. Вернее, формально это портреты, но вглядевшись, понимаешь — маски. Маскарадные ли, посмертные ли — не имеет значения, главное, что неузнаваем тот, кто кроется за этими масками: это важнее и страшнее.
Схожая подмена происходит в работах Виты Буйвид. Ее коллективные портреты в интерьере — это всем знакомые композиции, когда небогатая семья позирует фотографу на фоне ковров, сервантов и дверных проемов. Вот только персонажи Буйвид стоят (сидят или лежат) спиной к объективу. На этой стадии происходит их разобщение, уже не угадываются родственные черты и «волосы, как у мамы», теперь они лишь несколько неизвестных, скрывающих свои личности.
Но если описанные выше случаи — это примеры намеренного отказа от индивидуальности, то художник Такемура Кей движется от обратного. На нескольких фото изображена женщина, поглощенная домашними хлопотами и узнаваемым интерьером: готовка на кухне, уборка в гостиной, мыльная возня в ванной комнате. На голове у женщины бумажный пакет с неровно выведенной улыбкой. «Трудиться как немецкая мать» называется эта серия и рассказывает о том, какая разница между женщиной и домохозяйкой.
Не обошлось без участия в проекте пермского уличного художника под псевдонимом Sad Face. Автору черно-белых фресок до сих пор удается сохранить свою анонимность, а главное — интригу вокруг своей личности. Правда, закрадывается подозрение, что такое положение вещей сохранится недолго: анонимность для публичной сферы — это красная тряпка, это как писать матом в лифте, противники такого нахальства сделают все, чтобы вычислить «героя».
Наконец, замыкает выставку целый раздел, посвященный панк-группе Pussy Riot. Анонимность не освобождает от ответственности, скорее, она ужесточает меру наказания. Наказания за самовыражение.
На любопытные мысли наводит присутствие на выставке Олега Чиркунова. Необъяснимую пассивность продемонстрировали пермские журналисты. Бывший губернатор как будто бы вовсе не интересовал их, его фигура утратила магнетизм, а дела — злободневность. Все потому, что из политика он превратился в безымянного путешественника и бизнесмена.
Автор этого материала, поддавшись заманчивой моде, решил остаться неизвестным — то ли из скромности, то ли из вредности. Он тут же ощутил плюсы своего положения: спрашивать за неловкий текст будет не с кого. Впрочем, редактор все равно спросит. Ну и ладно.
http://www.business-class.su/article.php?id=22049