Еще одна важная вещь. По поводу ненормальности. Мы просто не заметили – это ситуация последних двух лет. Нас втаскивают сознательно в понятие нормы. Например, гей – это же не преступление? Нет. Но это ненормально. Вот человек вышел голым на Красную площадь. Это же не преступление. Но это ненормально. Но то, что все должны быть нормальными… А нормальных нет, вообще нет нормальных людей. Раньше было путинское большинство, а теперь некое такое нормальное большинство нормальных людей. Это такой жупел. Любой человек, который делает какой-то жест против власти, он не преступник, но он ненормальный.
А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ: Петр, у нас спорят по поводу интерпретации. И вы тоже употребляете термин «политическое искусство». Не кажется ли вам это абсурдным? И ваша акция как раз помогает разобраться с терминологией, наконец надо решить этот вопрос за 20 прошедших лет, что разницы никакой между политикой и искусством нет, что любое искусство – это политика сейчас в медийном мире, что любое наше действие - это политика. Мне кажется, что ваша акция как раз о том, что делить на искусство и политику абсурдно, бессмысленно, это сталинская модель – чистое искусство. Не может художник быть вне политики.
П. ПАВЛЕНСКИЙ: Я с вами согласен. Любой человек отдает себе отчет, в каком режиме он находится, и действия свои он согласует или не согласует. Всё равно он что-то делает, исходя из этого понимания. Поэтому даже когда человек говорит о некой аполитичности, это говорит о том, что он просто тщательно продумал, согласовал свои действия и потворствует действиям властей. Нет существования вне политического контекста.
М. ГЕЛЬМАН: Я не соглашусь, конечно. Очень важно, чтобы были художники, которые видят себя в социальном контексте, очень важно, чтобы были радикальные художники. Не дай бог, вся художественная сфера станет мыслить себя политически или мыслить себя радикально. В этом смысле и Кашляков, и Бродский, поздний Осмоловский, они находятся тоже внутри художественной среды, иногда их интересуют более масштабные проблемы, чем сиюминутная политика. А второе очень важное – дело в том, что у нас политика исчезла.
Полностью здесь
http://echo.msk.ru/programs/kulshok/1198148-echo/